Поиск
Точное совпадение
Поиск (только) в заголовке
Поиск в контенте
Search in comments
Search in excerpt
Поиск в контенте
Search in pages
Search in groups
Search in users
Search in forums
Filter by Custom Post Type
Искать в категориях
{ "homeurl": "http://cinemaplex.ru/", "resultstype": "vertical", "resultsposition": "hover", "itemscount": 4, "imagewidth": 70, "imageheight": 70, "resultitemheight": "auto", "showauthor": 0, "showdate": 0, "showdescription": 1, "charcount": 3, "noresultstext": "Нет ничего!", "didyoumeantext": "Возможно:", "defaultImage": "http://cinemaplex.ru/wp-content/plugins/ajax-search-pro/img/default.jpg", "highlight": 1, "highlightwholewords": 1, "openToBlank": 1, "scrollToResults": 0, "resultareaclickable": 1, "autocomplete": { "enabled": 1, "googleOnly": 0, "lang": "ru" }, "triggerontype": 1, "triggeronclick": 0, "triggeronreturn": 0, "triggerOnFacetChange": 0, "overridewpdefault": 1, "redirectonclick": 0, "redirectClickTo": "results_page", "redirect_on_enter": 0, "redirectEnterTo": "results_page", "redirect_url": "?s={phrase}", "more_redirect_url": "?s={phrase}", "settingsimagepos": "left", "settingsVisible": 0, "hresulthidedesc": "0", "prescontainerheight": "400px", "pshowsubtitle": "0", "pshowdesc": "1", "closeOnDocClick": 1, "iifNoImage": "description", "iiRows": 2, "iiGutter": 5, "iitemsWidth": 200, "iitemsHeight": 200, "iishowOverlay": 1, "iiblurOverlay": 1, "iihideContent": 1, "loaderLocation": "auto", "analytics": 0, "analyticsString": "", "aapl": { "on_click": 0, "on_magnifier": 0, "on_enter": 0, "on_typing": 0 }, "compact": { "enabled": 0, "width": "50%", "closeOnMagnifier": 1, "closeOnDocument": 0, "position": "static", "overlay": 0 }, "animations": { "pc": { "settings": { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "results" : { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "items" : "fadeInDown" }, "mob": { "settings": { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "results" : { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "items" : "voidanim" } }, "autop": { "state": "disabled", "phrase": "", "count": 10 } }
CINEMAPLEX ВИРТУАЛЬНЫЙ КИНОРЫНОК
X

Трейлер

MBS 2013: КРУГЛЫЙ СТОЛ О ПРОКАТЕ ДОКУМЕНТАЛЬНОГО КИНО В РОССИИ


Fedor Korochkin 17.07.2013 / 20:30 0

1005623_552053761517942_918405465_n[1]Оказавшись весной этого года на 29-м фестивале документального кино DOK.fest в Мюнхене, редактор Cinemaplex не поверил своим глазам — в более чем плотной недельной программе показов не нашлось практически ни одной ленты, которая собрала бы если и не аншлаг, то практически полный зал. В первых рядах толпились кинокритики, журналисты телеканалов (включая BBC, Discovery, Sky) и газет, третьи-четвертые ряды скромно заняли сами кинематографисты и… сотрудники и директора кинотеатров. В то же самое время нельзя сказать, чтобы афиши местных кинотеатров были полны документальных фильмов — в основном, здесь это продукт для телеэкрана или фестивалей.

А возможен ли успешный коммерческий прокат документального кино в кинотеатрах? В этом пытались разобраться участники круглого стола «Прокат документального кино в России», прошедшего в рамках Дня документального кино на минувшем Moscow Business Square.

Неделю назад мы рассказывали вам об основных итогах круглого стола «Прокат российского и авторского кино в России», состоявшегося в апреле. Стало очевидно: спрос на альтернативный контент существует, но не существует очевидных методов его удовлетворения. Впрочем, верить участникам круглого стола на слово совершенно не обязательно: во время традиционного мониторинга сети «Синема Парк» мы также отметили интерес зрителей к просмотру альтернативного контента.

В дискуссии приняли участие:

Диана Карклинь (Rise and Shine World Sales), Василиса Орестова («Московское кино»), Вера Оболонкина (телеканал 24DOC), Григорий Либергал (куратор документальной программы ММКФ), Макар Кожухов (Top Film Distribution), Ирина Шаталова (ДОКЕР) и Софья Гудкова (Центр документального кино). Модерировал беседу Никита Тихонов-Рау (Гильдия неигрового кино).

СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ПРОКАТ ДОКУМЕНТАЛЬНОГО КИНО?

Для того, чтобы выяснить, есть ли вообще предмет для обсуждения, или его еще только предстоит создавать, первую часть дискуссии посвятили обозначению принципиальных позиций — можно ли вообще говорить о том, что прокат документального кино в России существует?

КАРКЛИНЬ: Я не уверена относительно существования проката. Есть какие-то отдельные площадки, например, «Центр документального кино», с которым мы будем сейчас работать. В большей мере я могу сказать о телевидении. Мы много фильмов отдали на 24DOC, кроме того, мы сотрудничаем с телеканалом Russia Today.  В России сейчас практически не известен жанр creative documentary, люди просто не знают, что существует такое фестивальное авторское документальное кино.

ОРЕСТОВА: Мы как раз занимаемся прокатом, но я не знаю, можно ли сказать, есть ли прокат документального кино. Формально он есть, но если говорить о цифрах, то, конечно, ни о какой конкуренции настоящим прокатным фильмам, которые выпускаются с рекламными бюджетами, они составить не могут. Но ситуация сейчас гораздо лучше, чем  несколько лет назад. Сейчас появилось много альтернативных площадок, кроме того, стали появляться сами документальные фильмы. Но это по-прежнему один-два фильма в год, и даже они не могут сравниться по цифрам с игровым кино. Исключение — фильм САМСАРА, который не все причисляют к документальному кино (самый кассовый документальный проект этого года заработал в российском прокате 12 млн рублей — прим. CINEMAPLEX).

Другой пример — ПИНА: ТАНЕЦ СТРАСТИ 3D (Premium Film, 20.3 млн). Все мы понимаем, что просто поставить фильм в прокат и ждать, что на него придут, бессмысленно. Там, где нет информационной и рекламной поддержки прокатчика, нет и аудитории. Сами кинотеатры не могут продвигать продукт — они продвигают площадку. В данном случае, поскольку мы принадлежим государству, мы можем иногда пойти даже на убытки, но другие кинотеатры этого не могут.

ОБОЛОНКИНА: В этом году мы как канал решили поддержать фильм Екатерины Еременко ЧУВСТВЕННАЯ МАТЕМАТИКА и пустить его в кинотеатральный прокат. На сегодняшний день его прокатали в семи городах, осенью будем продолжать — еще 25 городов. Это очень сложный проект. Мы, если мы покупаем права на фильм, готовы сотрудничать с дистрибьюторами. Если фильм выходит в прокат, то готовы давать в эфире ролики, но мы не можем рекламировать все документальные фильмы. Однако, если мы покупаем права на фильм и видим окно в кинотеатральном прокате, то с радостью поддержим любой такой фильм.

ЛИБЕРГАЛ: Ситуация в лучшую сторону меняется, к сожалению, не так быстро. Это эволюция, но мы имеем только то, что можем иметь. Давайте говорить не о кинотеатрах, а о фильмах. Были бы фильмы, был бы и кинотеатральный прокат. Первичен профессионализм создателей фильма. Кинотеатры существуют для того, чтобы продавать билеты за деньги. Вопрос в том, за что люди готовы платить? Кинотеатру нужна заполняемость — неважно, игровое это или документальное кино. Вот тут-то и выясняется, что показывать, извините, нечего. Корень всему — сделать отечественный качественный кассовый документальный кинофильм. На документальное кино люди приходят, только если фильм им интересен по теме, именем своего создателя или же им просто хочется пообщаться друг с другом — опять же вокруг какой-то темы. Завлечь в кинотеатры именем какого-то отечественного режиссера довольно сложно. Продвинутый арт-хаусный зритель знает три имени: Мирошниченко, Манский, Косаковский. Еще знают имена нескольких операторов. Больше имен, которые способны привлечь зрителей в кинотеатры, нет.

Все картины, которые были успешны, это либо импорт (например, ПТИЦЫ), либо которые были интересны темой — та же самая эзотерика в САНСАРЕ. Чтобы рискнуть на неклубный показ, нужна загруженность залов. Нужно, чтобы в год было от 18 до 26, а по-хорошему до 50 фильмов, которые способны привлечь зрителя.

992797_552048368185148_1483896768_n[1]

КОЖУХОВ: Продукт, в первую очередь, должен развлекать. Если продукт не развлекает, у кинотеатра не продаются билеты, не продается попкорн. Что касается проката, вспомните: шесть лет назад даже арт-хаус негде было посмотреть. А сейчас есть кинотеатры «Москино», «35 мм», «Пионер». Процесс идет. Но повторюсь, документальное кино должно развлекать.

Социальной драмы у нас слишком много в жизни, люди не хотят смотреть на социальную драму своих соседей.Бизнес кинотеатра — это не только продажа билетов. В основном крупные кинотеатры выживают за счет баров. Если фильм не развлекает, люди не идут его смотреть. Мы прокатывали фильм ЖИЗНЬ, сделанный BBC, который мы получили в пакете. Кроме того, у нас в есть еще два документальных фильма — картина Джеймса Кэмерона и еще один биографический проект, который также достался нам вместе с другим фильмом.

ШАТАЛОВА: Основная проблема проката — мы все немножко с разных планет. Одни говорят про попкорн, другие — про киноклубную сеть, третьи — про качественное кино. Необходимо сначала заговорить на одном языке.

ГУДКОВА: Прокат, конечно же, существует. Я говорю это как зритель, я посещала все возможные клубы, которые существуют в Москве. ДОКЕР на слуху, но есть и другие, не менее интересные клубы, которые просто никак себя не предъявляют. Это отсутствие маркетинга. Во-вторых, когда мы говорим глобально, документальное кино не может быть коммерчески успешным на условиях игровых картин. Документальное кино — это не массовая аудитория. Тем не менее, на западе документальных фильмов с бюджетом выше €1,5 млн десятки, если не больше. У них продюсеры понимают, что это становится успешным. ПИНА стал самым успешным документальным фильмом в России именно потому, что о нем знали. Люди не знают о других фильмах, потому что им ничего не рассказывают.

ТИХОНОВ-РАУ: Мы как Гильдия неигрового кино хотели бы быть тем самым клеем, который склеивал бы разных игроков рынка, чтобы создать единую дорожную карту развития документального кино.

Комментарий CINEMAPLEX

Прокат документального кино на российском рынке, безусловно, существует, но не носит систематический характер. Независимые дистрибьюторы выпускают отдельные проекты, которые привлекают ограниченное количество зрителей. По данным издания «Бюллетень кинопрокатчика», в 2012-13 годах в российский прокат вышло лишь 12 документальных лент, каждую из которых посмотрело более 1 тысячи человек. «Миллионерами» по кассовым сборам за аналогичный период стали четыре картины — САМСАРА, БОБ МАРЛИ (4,2 млн рублей), КИНОГИД ИЗВРАЩЕНЦА: ИДЕОЛОГИЯ (1,3 млн) и СНЕЖНОЕ ШОУ 3D (1,1 млн).

О ДОРОЖНОЙ КАРТЕ РАЗВИТИЯ ДОКУМЕНТАЛЬНОГО КИНО

Во второй части беседы участники попытались предложить свои варианты решения существующих проблем в сфере распространения документального кино.

ЛИБЕРГАЛ: Прежде всего, наши режиссеры должны ездить на зарубежные питчинги, представлять свои фильмы, набираться опыта. Те 500 евро, в которые может обойтись такая поездка, стоят того, чтобы иметь возможность найти финансирование для своего проекта. Мы попробовали провести первый питчинг в конце 90-х — тогда это было совсем в новинку и не сработало. Постепенно наша индустрия дорастает до этого.

ГУДКОВА: Российских прокатчиков документального кино не так много. В основном, это западные компании. У российских дистрибьюторов такого контента нет или практически нет (наибольшую активность в прокате документального кино проявляет компания «Кино без границ» — на ее счету 7 релизов в 2012-13 годах — прим. CINEMAPLEX). За последний год я объездила все возможные европейские и американские продюсерские компании и рассказывала, что я такая сумасшедшая, хочу делать это в России. У нас с ними со всеми отдельные договоры. Я не покупаю у них права на Россию, я беру право на определенное количество показов на своей площадке. Беру фильм и гарантирую, например, что продам 30 залов. Отдаю 50% сборов. Они больше ни с кем так не работают, но когда я объясняю им, как это важно и как это полезно, они верят. И все работают сейчас с нами по такой схеме.

Но в России я столкнулась с тем, что я не могу показывать эти фильмы, так как у них нет прокатного удостоверения. Я как кинотеатр, по идее, этого делать не должна. Поэтому получается, что я нахожу кино, договариваюсь о деньгах, далее я должна найти дистрибьютора и попросить его получить прокатное удостоверение, чтобы поставить фильм на  моей площадке. Я ходила в Минкульт, писала им письма. В первый раз мне ответили, что мы имеем право показывать такие фильмы без прокатного удостоверения, потому что это некий особый статус. Вторым письмом они ответили, что мы все-таки такого права не имеем и в третий раз, когда я пришла уже лично, меня отправили в Госдуму. Если мы серьезно говорим о том, что есть фильмы и интерес площадок, то главная проблема — это прокатное удостоверение. Поэтому все фильмы демонстрируются в рамках неких фестивалей.

Понятно, что можно организовать некое ООО и сделать все через него, но это не решит проблемы в целом. Потому что даже если еще есть какая-то заинтересованная площадка, она столкнется ровно с той же проблемой. У нас есть прокат документального кино, но у нас нет рынка. Рано или поздно этот рынок сформируется, мы такие не одни. Но необходимо комплексное решение законодательной проблемы.

ОБОЛОНКИНА: Всех в зале, думаю, в большей мере волнует российское, нежели зарубежное документальное кино. На западе все самые успешные фильмы — это фильмы не одного человека. У нас в одном лице и режиссер, и продюсер, часто даже и оператор. У меня есть ощущение, что это не самый лучший вариант. Чтобы говорить о кинотеатральном успехе, нужно говорить о продюсерском документальном кинематографе.

КАРКЛИНЬ: Можно создать сайт, на котором концентрировалась бы вся информация о происходящем в Москве, начать с этого. Понятно, что нужно заинтересовать людей, чтобы они пришли на этот сайт, но есть и другая сторона процесса. Например, я как международный дистрибьютор хочу знать, что есть такой сайт, куда я могу прийти,  где находятся все заинтересованные лица. В данный момент картина разрозненная, со всеми по-отдельности надо  прояснять.

Второй момент — телеканалы на западе принимают гораздо больше участия в производстве и прокате документального кино. У 24DOC прекрасная инициатива, но они покупают уже готовые фильмы. Я же говорю о том, что каналы могут быть полноправными сопродюсерами.

ОБОЛОНКИНА: Все главные проекты в мире, прежде всего, стремятся заручиться поддержкой телеканалов. Надо ездить на международные рынки, представлять свои проекты, получать необходимый опыт.

КОЖУХОВ: Нужно стать во главе паровоза. Мы живем в XXI веке, когда рынок VOD становится все более популярным. Зачем биться об кинотеатральный прокат, думать о рекламной поддержке, когда можно сначала выпустить фильм на VOD, а потом, в случае успеха и заинтересованности аудитории, разговаривать о кинотеатральном прокате?

Кокмментарий CINEMAPLEX

Прийти к какому-то конструктивному решению, а уж тем более, наметить ту самую дорожную карту развития документального кино, собеседникам не удалось. С другой стороны, если тема поднимается, значит, она актуальна, и ее решение волнует многих. Правда, количество проводимых конференций, круглых столов и форумов пока не материализовалось в процветание российского кинобизнеса.

Остается надеяться, что участники круглого смогли ближе познакомиться между собой в процессе дискуссии, что, возможно, станет первым шагом к тому, чтобы действительно начать говорить на одном языке. Сегодня очевидно одно — привычные схемы проката кассовых игровых фильмов и даже арт-хауса не применимы к документальному кино. Впрочем, как мы отметили выше, спрос на альтернативный контент растет, а значит у индустрии просто не будет другого выбора, кроме как придумать эффективные механизмы его проката.

Мы обязательно продолжим разговор о прокате альтернативного контента и документального кино в следующих публикациях.

Изображения с сайта Гильдии неигрового кино и телевидения

В ТЕМУ

 ПРОКАТ АРТ-КИНО: КИНОТЕАТРЫ О СВОЕЙ АУДИТОРИИ И ПОИСКАХ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ

 

КОММЕНТАРИИ »


четыре + 1 =