Поиск
Точное совпадение
Поиск (только) в заголовке
Поиск в контенте
Search in comments
Search in excerpt
Поиск в контенте
Search in pages
Search in groups
Search in users
Search in forums
Filter by Custom Post Type
Искать в категориях
{ "homeurl": "http://cinemaplex.ru/", "resultstype": "vertical", "resultsposition": "hover", "itemscount": 4, "imagewidth": 70, "imageheight": 70, "resultitemheight": "auto", "showauthor": 0, "showdate": 0, "showdescription": 1, "charcount": 3, "noresultstext": "Нет ничего!", "didyoumeantext": "Возможно:", "defaultImage": "http://cinemaplex.ru/wp-content/plugins/ajax-search-pro/img/default.jpg", "highlight": 1, "highlightwholewords": 1, "openToBlank": 1, "scrollToResults": 0, "resultareaclickable": 1, "autocomplete": { "enabled": 1, "googleOnly": 0, "lang": "ru" }, "triggerontype": 1, "triggeronclick": 0, "triggeronreturn": 0, "triggerOnFacetChange": 0, "overridewpdefault": 1, "redirectonclick": 0, "redirectClickTo": "results_page", "redirect_on_enter": 0, "redirectEnterTo": "results_page", "redirect_url": "?s={phrase}", "more_redirect_url": "?s={phrase}", "settingsimagepos": "left", "settingsVisible": 0, "hresulthidedesc": "0", "prescontainerheight": "400px", "pshowsubtitle": "0", "pshowdesc": "1", "closeOnDocClick": 1, "iifNoImage": "description", "iiRows": 2, "iiGutter": 5, "iitemsWidth": 200, "iitemsHeight": 200, "iishowOverlay": 1, "iiblurOverlay": 1, "iihideContent": 1, "loaderLocation": "auto", "analytics": 0, "analyticsString": "", "aapl": { "on_click": 0, "on_magnifier": 0, "on_enter": 0, "on_typing": 0 }, "compact": { "enabled": 0, "width": "50%", "closeOnMagnifier": 1, "closeOnDocument": 0, "position": "static", "overlay": 0 }, "animations": { "pc": { "settings": { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "results" : { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "items" : "fadeInDown" }, "mob": { "settings": { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "results" : { "anim" : "fadedrop", "dur" : 300 }, "items" : "voidanim" } }, "autop": { "state": "disabled", "phrase": "", "count": 10 } }
CINEMAPLEX ВИРТУАЛЬНЫЙ КИНОРЫНОК
X

Трейлер

СЕРГЕЙ ПИРОЖКОВ (АВК): «ЭТО РЕШЕНИЕ ЗНАЧИТЕЛЬНО ОСЛОЖНЯЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ ДИАЛОГА»
cinemaplex 08.08.2018 / 17:23 1

Мы попросили Сергея Пирожкова, возглавляющего рабочую группу по вопросам РАО в Ассоциации владельцев кинотеатров, прокомментировать постановление Суда по интеллектуальным правам по делу ИП Козак и РАО, который не отменил решения судов первой и второй инстанций, и таким образом вынес решение в пользу Российского авторского общества.

Расскажите, что произошло и как такое произошло, если вы были практически уверены в победе.

Я в предыдущем совместном с Евгением Дедковым интервью говорил, что стопроцентной уверенности тут быть не может. Предугадывать результат — все равно, что гадать на кофейной гуще. Да, была надежда на то, что Суд по интеллектуальным правам примет решение, как минимум не отличающееся от того, которое они принимали на «первом круге». Была некая уверенность, что СИП увидит, что «на втором круге» НИЧЕГО из того, что Суд по интеллектуальным правам предписал выполнить арбитражу первой инстанции, отправляя дело на «второй круг», не выполнено. Но оказалось, надежды были ложными. Лично у меня складывается такое ощущение, как будто бы предыдущее решение Суда по интеллектуальным правам и то, которое вынесено сейчас, выносили различные суды. То, как было написано постановление на «первом круге» рассмотрения дела и то, как оно написано на «втором круге» — это огромная разница.

Начнем, допустим, с вопросов о неопределенном круге лиц, который поднимался и на первом круге и сейчас. О том, что РАО имеет право на основании закона подавать исковые требования от неопределенного круга лиц — от тех, с кем у них заключен договор, и от тех, с кем у них не заключен договор. Это все прописано в Гражданском кодексе. Но если в предыдущем решении Суд по интеллектуальным правам настаивал на том, что в данном конкретном случае отсутствует неопределенный круг лиц, потому что неопределенным кругом лиц является круг лиц, которые не могут быть установлены как до начала судебного разбирательства, так и в процессе судебного разбирательства. Более того, Суд по интеллектуальным правам давал в своем Постановлении прямое указание суду первой инстанции, куда он возвращал дело на повторное рассмотрение, о том, что необходимо исследовать в ходе заседания и определить авторов всех спорных произведений. Причем, необходимо учитывать специфику авторского права стран, имеющих т. н. «островную» англо-саксонскую модель авторских прав или, как ее еще называют, copyright, в частности, США, где автором признается не физическое лицо — композитор, трудом которого создано произведение, как в России, а юридическое лицо, которое заказало данную работу (работа, выполненная в режиме «по найму»), то есть фактически это кинопроизводственные компании. Суду первой инстанции было необходимо установить авторов произведений, а также являются ли произведения охраняемыми, не перешли ли они в общественное достояние. Ничего из этого выполнено не было.

Скажем так, РАО как минимум должно было изменить предмет иска. Однако в тексте нового постановления указано: «При новом рассмотрении дела истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса уточнил исковые требования: снизить общую сумму исковых требований от взыскания вознаграждения до суммы 1.800.025.35 (один миллион восемьсот тысяч двадцать пять рублей и 35 копеек) и уточнил перечень произведений, по которым просит взыскать вознаграждение». Вот и все, что было изменено в иске. То есть фактически это как был иск от неопределенного круга лиц, так он им и остался. Табличка, которая имеется в данном постановлении, представляет собой просто перечень кинофильмов. Потом идет наименование кинофильма, далее написан автор, причем, в качестве автора везде поименован композитор, который указан в титрах произведения. Вот и все, что есть в табличке. Далее идет общая сумма и рассчитывается процент.

Во всем тексте постановления идет подмена понятия «композитор» и «автор», точнее, они сливаются воедино. Даже сам Суд по интеллектуальным правам «скачет», утверждая в одном месте, что именно автору принадлежит это право и необходимо установить, кто является автором произведения, и тут же говорит, что РАО это все доказало — автором произведения являются именно композиторы, информация о которых значится в ПУ.

Те доказательства, которые предоставило РАО в ходе судебного заседания, это скриншоты из «Кинопоиска», «Афиши», некие музыкальные справки, причем на английском языке с вымаранным текстом. Буквально черным маркером вымарано до 80% текста. Без перевода, без нотариального заверения! И плюс так называемые выписки из IPI — это международная система, куда сами же ОКУПы заносят данные и к ней имеют доступ только организации по коллективному управлению авторскими правами. Это закрытая база данных. Более того, в ходе судебного заседания Евгений Дедков дважды заявлял ходатайство о фальсификации доказательств. Это было еще в первой инстанции и в апелляции. Он указывал суду на то, что так называемые выписки из IPI на самом деле представляют собой просто файлы word, которые набраны на компьютере и даже подписаны просто работником РАО. Это вообще не выписки из IPI, это фальшивки. Дело в том, что подобные выписки из IPI сейчас фигурируют во всех остальных судебных процессах, которые инициированы по всей стране. И РАО в Екатеринбурге фактически признало, что это фальшивка, выступив в одном из процессов с ходатайством о том, чтобы изъять их из дела. Их изъяли из дел, тем самым признав, что это фальсификация. Настоящие выписки из IPI выглядят по-другому, мы их видели и знаем, как они выглядят. Таким образом на основании предположительно фальсифицированных данных суд установил, что РАО доказало, что авторами являются перечисленные в табличке некие композиторы. No comments.

Что еще очень сильно разнится с тем, что было в решении СИП на «первом круге»? Получается, что, несмотря на то, что Суд по интеллектуальным правам не перешагнул через собственную позицию и оставил коллизионную статью 1256, на основании которой они все-таки указывают в этом же Постановлении, что авторство устанавливается, исходя из страны происхождения кинофильма, т. е. им может быть не только физическое лицо, композитор, трудом которого создано произведение, но и юридическое лицо. Тут они пошли дальше. СИП утверждает, что в таком случае в пользу юридического лица можно собирать авторское вознаграждение, предусмотренное пунктом 3 статьи 1263. Впервые такое разъяснение прозвучало в суде! До этого суды, в том числе Верховный суд, твердо придерживались мнения, что данная норма — это норма, предусмотренная исключительно для физических лиц. В 2014 году были внесены изменения в Гражданский кодекс и в том числе в пункт 3 статьи 1263. В редакции ГК п. 3 ст. 1263, действовавшей до 2014 года, текст звучал так: «…автор музыки, композитор…». В редакции 2014 года слово «композитор» было исключено из текста и «автор» заменен на «авторы». Но тем не менее с 2014 года по 2018 год еще ни разу суды не признавали, что юридическое лицо может претендовать на получение вознаграждения, предусмотренного пунктом 3 статьи 1263.

Тут возникает целый букет противоречий. Во-первых, все так называемые доказательства РАО, которые были «вброшены» в дело ИП Козак и сейчас предъявлены в качестве доказательной базы в текущие дела, выстраиваются под конкретных физических лиц. То есть под тех композиторов, которые значатся в титрах, которые указаны в прокатном удостоверении на фильм. В прокатке написано не слово «автор», а слово «композитор», значит, надо подвести это дело так, чтобы «автор» и «композитор» совпадали. И все доказательства выстраиваются именно так. Лицо, которое в прокатке указано в качестве композитора, и есть автор. А как же тогда это соотносится с тем, что в США это юридические лица — кинопроизводственные компании? Получается, что все это время, с 2008 года и до сих пор, в процессе ИП Козак и в тех процессах, которые длятся сейчас, Российское Авторское Общество пытается истребовать авторское удостоверение в пользу ненадлежащего кредитора. Ни больше ни меньше. То есть в пользу лица, которое не является автором. И это прямо следует из заключения Суда по интеллектуальным правам о том, что юридические лица являются авторами.

А как же тогда вся эта доказательная база, которую прикладывает РАО? Возьмем те же самые договоры с организациями по коллективному управлению, которые непременно прикладываются к иску в качестве доказательств, подтверждающих полномочия РАО на представление интересов иностранных композиторов. Тут встает вопрос о правах, о некой цепочке передачи прав. Возникает вопрос о том, а кто, собственно, дал право Российскому Авторскому Обществу представлять интересы юридических лиц, назовем вещи своими именами, голливудских студий? Я не вижу, кто бы это мог быть. У РАО заготовлено несколько ответов: основанием могут быть договоры с организациями по коллективному управлению авторскими правами, допустим, американская BMI (Broadcast Music, Inc.) и ASCAP). Ничего подобного. Предметом этих договоров являются права на выдачу лицензии. Мы не заключаем с РАО лицензионное соглашение (лицензионное соглашение мы заключаем с правообладателями — дистрибуторскими компаниями!), мы не получаем от РАО каких бы то ни было разрешений на публичный показ кинофильма. С РАО кинотеатры заключают договор о выплате вознаграждения. Это две несвязанные между собой вещи. Более того, законодателями два этих вида договоров конкретно разделены: или лицензионное соглашение или договор на выплату вознаграждения. То есть если допускается использование объекта авторских прав без получения разрешения, но с выплатой вознаграждения — то данный вид правоотношений предполагает заключение «договора на выплату вознаграждения». Таким образом, договоры с ОКУПами не могут служить основанием для передачи прав.

Есть еще такая версия, что это аккредитация. Но что такое аккредитация? Это внутренний документ РФ, некая внутренняя российская процедура. Министерство культуры РФ выдает этот документ в качестве универсальной доверенности Российскому Авторскому Обществу. Получается, что наше государство, чтобы защитить, как они считают, заведомо слабую сторону — композитора, передают часть его прав Российскому Авторскому Обществу. Это можно условно сравнить с недееспособностью (акт положительной дискриминации), ведь права композитора по умолчанию передаются в управление некой организации по коллективному управлению. Для того, чтобы композитор изъял свои права и стал ими самостоятельно распоряжаться, ему надо написать заявление, и только тогда он изымает свои права из управления Российским Авторским Обществом. Таким образом, аккредитация — это внутренний документ Российской Федерации. Его юрисдикция территориально ограничена пределами нашей страны. Не может документ, выданный Министерством культуры РФ, представлять граждан, а уж тем более юридических лиц всего мира! Это любому понятно.

Получается, что нет никакой цепочки передачи прав от, условно говоря, некой кинокомпании Castle Rock Entertainment, которая произвела некий фильм и является его автором согласно записи в копирайт-офисе Библиотеки конгресса США. Как эти права могут попасть к РАО? Только на основании прямого договора, предметом которого является именно авторское вознаграждение, предусмотренное п. 3 ст. 1263. Никак иначе. Таких договоров в природе не существует. В США отсутствует подобное вознаграждение в принципе, и на уровне закона об Авторских правах предусмотрено ограничение, которое вводит прямой запрет на расширение или ограничение прав, которые связаны с ратификацией Бернской конвенции (т. н. «Эффект Бернской конвенции»). Соответственно, РАО не имеет никакого права представлять интересы этой организации в суде и истребовать некое вознаграждение от их имени.

И последнее, самое, на мой взгляд, главное в данном вопросе. Дело в том, что данная норма, которая впервые вводилась в 1993 году, имела именно социальную направленность. Мы (операторы кинопоказа) неоднократно задавали вопросы в различные инстанции— почему эта норма вообще существует? Почему автор музыки, композитор, получает вознаграждение за создание и использование его музыкального произведения в составе кинофильма дважды: первый раз на этапе создания, а второй раз в виде роялти от проката фильма? В ответ Министерство культуры РФ, комитет по культуре Государственной думы, как под копирку, отвечали одно и то же: «данная норма является социальной нормой защиты наиболее незащищенного круга интеллигенции — композиторов». По логике Суда по интеллектуальным правам социальная норма, которая предназначена изначально для защиты прав российских композиторов, в результате того, что она настолько абстрактна и все ее толкуют как хотят, превращается в инструмент по перекачке денег из российских кинотеатров в Голливуд.

Возникает вопрос уже перед нашей верховной властью, законодательной, исполнительной властью в лице Министерства культуры — как же так происходит, что в то время, когда мы говорим о защите российского кино, о продвижении интересов российского кино, когда наше Министерство культуры вкладывает огромные деньги в открытие кинозалов, частные предприятия-кинотеатры, муниципальные предприятия-кинотеатры, кинотеатры, открытые на деньги Фонда Кино — все платят 70% от авторского вознаграждения Голливуду? Причем именно Голливуду, даже не голливудским композиторам, а именно напрямую студиям Голливуда. То есть деньги изымаются из оборота у российских кинотеатров и направляются в Голливуд.

Особо показательными в этом считаю группу исков к кинотеатрам, которые после решения по АЗСК перестали выплачивать авторское вознаграждение за фильмы производства США, не расторгая имеющийся договор с РАО. Эта довольно большая группа кинотеатров (в том числе и наши кинотеатры!) исправно начисляла и выплачивала авторское вознаграждение российским авторам (что еще надо, исходя из цели введения этой социальной нормы?), а право американских композиторов на это вознаграждение, учитывая позицию СИП, считало недоказанным. Очень логичная позиция, особенно учитывая нежелание РАО в принципе отчитываться о том, доходят ли деньги до тех, в пользу кого они собираются, и, если доходят, то в каком объеме. Теперь РАО, видимо, исполняя «заказ Госдепа США», с энергией, достойной лучшего применения, взялось за «выколачивание задолженности» в пользу американцев, увеличиваю суммы в два-три раза за счет пень и штрафов. При этом РАО «стыдливо» прикрывается тем, что якобы просто истребует «дебиторскую задолженность», которой в природе не существует. В данной группе исков арбитражи всех уровней также демонстрируют образцово-показательный формализм, цинично заявляя, что, если договор заключен, плати, не хочешь — расторгай договор! Свобода, понимаешь, воли! Надеюсь, Госдеп США по просьбе Голливуда отблагодарит РАО за неосновательное обогащение «тружеников Фабрики грез»!

Логика РАО тут понятна. У них все очень просто. На самом деле с каждого рубля, который прошел через их расчетный счет, они имеют право на определенный процент. Им по большому счету все равно, кто конечный бенефициар и это очень плохо! Тут уже надо задумываться нашим государственным структурам, которые выдают аккредитацию Российскому Авторскому Обществу и пишут законы. Надо изменить формулировку п. 3 ст. 1263, сделать эту норму менее абстрактной, чтобы нельзя было ее толковать таким образом, что в то время, когда американские кинотеатры ни при каких условиях никогда не выплатят вознаграждение в пользу российских композиторов, потому что у них отсутствует такая обязанность, мы отправляем в пользу Голливуда 70% от сбора. Налицо нарушение базового принципа международных отношений — взаимности. Мы туда отправляем деньги вагонами, а в ответ — ничего! И это в условиях нарастающего санкционного давления со стороны США. Вообще непонятная логика.

Мне кажется, отрасли уже пора задавать вопросы нашему Президенту, Председателю правительства, Министерству культуры, т.е. всем лицам, которые обязаны контролировать деятельность РАО, фактически превратившегося в структуру по сбору «налога на музыку в кино». Ведь совершенно верно и Президент и Председатель Правительства говорят о том, что мало принять какой бы то ни было закон, необходимо еще посмотреть на правоприменительную практику, на то, как этот закон работает. Абстрактная норма, которая была создана для того, чтобы поддержать отечественных композиторов, де-факто работает не на защиту наших граждан, а на обслуживание интересов иностранцев, голливудских студий, при этом являясь обременительным для отрасли кинопоказа «оборотным налогом».

Вы говорите о клубке противоречий, но как суд мог допустить все эти противоречия?

Кассационная инстанция имеет возможность сослаться на суд первой инстанции, в котором должны устанавливаться ВСЕ обстоятельства и рассматриваться ВСЕ доказательства, и, не вдаваясь в объяснения, отделаться общими фразами. В решении суда написано: «Согласно правовой позиции, изложенной постановлением Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.04.2013 года, номер 16549/12, исходя из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотивам несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данных судом первой инстанции». Они говорят о том, что наша жалоба была направлена на переоценку доказательств. Этакий элемент лукавства! То есть, суды первой и апелляционной инстанций «учли все замечания СИП и вынесли правильные решения» и Суд по интеллектуальным правам в своем постановлении не увидел оснований для отмены решений суда первой и второй инстанции. В принципе, если внимательно вчитаться в решения первой и апелляционной инстанций, да и в само постановление СИП, то даже неспециалисту видно, что они совершенно «пустые», отсутствуют конкретные ссылки на материалы дела, доказательства сторон. Только общие фразы, типа «истец доказал…», «в материалах дела имеется…» и тому подобное.

И все эти заключения, которые были запрошены у авторитетных институтов, тоже не сыграли никакой роли?

Скажем так, большой роли они не сыграли. СИП создал видимость «кипучей деятельности», даже вынес эти вопросы на научно-практическую конференцию. Якобы очень хотели разобраться. Да, на эти заключения идут ссылки, но им даже не даны оценки. Они перечислены, указано, что запросы были направлены, что получены ответы, заключения по данному запросу — и на этом все. В том же заключении Высшей Школы Экономики конкретно указывается то, что обстоятельства установления авторства — это бремя доказывания РАО. Уж на что известный авторитет господин Федотов Михаил Александрович, советник Президента РФ, подписавший заключение ВШЭ, но и его мнение проигнорированною. Тут еще что очень важно — в данном Постановлении перевернуто бремя доказывания. Когда читаешь это постановление, складывается такое ощущение, что имеется прямая аналогия с делом Скрипалей в Лондоне. Когда Лондон говорит России о том, что «РФ не доказала, что не отравила». Буквально все это постановление пронизано такими инсинуациями.

Например, в постановлении сказано: «На основании вышеизложенного требования РАО правомерно признано судами первой апелляционной инстанции обоснованными, поскольку доказательства подтверждения факта наличия авторства лиц, поименованных в исковом заявлении, не опровергнуты». То есть, оказывается, мы должны были опровергать. Это как с презумпцией невиновности. Нет такой презумпции: ты должен доказать, что ты невиновен, что эти композиторы не являются авторами. Бремя доказывания переложено на ответчика, на кинотеатры, несмотря на то, что любые сомнения должны трактоваться в пользу ответчика. То есть не РАО должно доказывать, а кинотеатры должны доказывать, что лицо, указанное в качестве композитора, на минуточку, в титрах произведения, не является автором. Опять идет смешивание понятий — «композитор», «автор». Это не всегда один и тот же субъект. Увы. Если это касается России или Европы, той же Франции, это да, один и тот же субъект, лицо, трудом которого было создано музыкальное произведение. А если создание фильма происходит в США, то нет, композитор — это композитор, за ним сохраняются личные неимущественные права, т.е. право на имя, никто никогда не скажет, что данную композицию написал не этот человек, не этот композитор. Но в то же время первичное авторство принадлежит не ему, а студии, оплатившей создание данного произведения.

Одна надежда на то, что у нас все-таки в стране не прецедентное право. В самом постановлении акценты расставлены именно так, что «в данном деле не доказано ответчиком». Плохо то, что несмотря на то, что у нас оно не прецедентное, многие судьи, как показывает практика, не особо вчитываются в текст. Уже состоялось несколько судебных заседаний, после того, как было вынесено это постановление Суда по интеллектуальным правам, которые продемонстрировали эту пагубную тенденцию.  Судьям первой инстанции, которым не нужны дела, отмененные вышестоящими инстанциями, а важна статистика, им важен сам факт, что было принято решение в пользу РАО — и этого достаточно. Принял решение в пользу РАО и с большой долей вероятности избежал возможной отмены. Даже те судьи, которые склонялись к тому, чтобы прислушаться к мнению кинотеатров, разобраться в сложном вопросе применения 4 части ГК РФ засомневались. Посмотрим, сколько принципиальных и грамотных судей найдется в наших арбитражах.

А в деле ИП Козак какие перспективы, будут ли они что-либо дальше делать?

Надо спрашивать у ИП Козак. Я пока не знаю, буду связываться с их юристами. Что остается делать в этой ситуации? Естественный следующий шаг для отстаивания своей позиции — это жалоба в Верховный суд. Но, как мы знаем, Верховный суд является экстраординарной инстанцией, т.е. он очень редко берется за рассмотрение дел вообще, только если они слишком выбиваются из общей картины и нарушают единообразие судебной практики. Посмотрим, с 25 июля есть два месяца, чтобы подать жалобу в Верховный суд.

А в целом для кинотеатров какие перспективы открываются или закрываются в связи с этим решением?

Это решение значительно осложняет возможность диалога. Если раньше РАО охотно шло на различные льготы, послабления для тех, кто, допустим, не заключал договор с РАО, а теперь решил это сделать, получив претензию или уже исковое заявление с рассчитанной исходя из карательных 3% (такую же ставку для расчета штрафных санкций от оборота применяет ФАС к нарушителям антимонопольного законодательства!) ставкой. Эти кинотеатры могли выторговать себе хорошие условия: прощение долгов, снижение процентной ставки — сейчас у РАО просто нет оснований для этого. Точнее, у них появились основания для того, чтобы диктовать свои условия, не сильно опасаясь того, что кинотеатры пойдут в суд. Переговорная позиция кинотеатров в данном вопросе очень сильно ослабла.

Вы говорили, что Дедков заявлял о фальсификации этого списка авторов, как суд отреагировал на это? Неужели проигнорировал?

Как показало дело ИП Козак — при желании, это все можно спокойно игнорировать. На самом деле есть судьи, которые адекватно поступили и приняли это ходатайство. Как я уже говорил, в Екатеринбурге в одном из судебных заседаний РАО отозвало эти доказательства, то есть они фактически признали их фальшивыми. А есть суды, которые принимают все, что им дают.

Но была же у вас надежда, что Суд по интеллектуальным правам будет более объективен и серьезнее возьмется за это дело?

Была, но, оказывается, зря. Как я говорил, у меня сложилось такое впечатление, что это два разных суда. Тот Суд по интеллектуальным правам, который писал постановление на первом круге по делу ИП Козак, и это постановление, изданное 25 июля — это небо и земля.

РАО выглядит непобедимой организацией.

Неудивительно. У них огромные финансовые ресурсы. Организация занимается сбором денежных средств, и часть этих средств на законных основаниях они оставляют себе. Естественно, любая организация, живущая за счет процентов с оборота, стремится увеличить этот оборот. Причем, в конечном итоге, несмотря на любые благие изначально заложенные цели, это становится самоцелью. Потому что чем больше оборот, тем больше денег остается. Итог прошлого года — свыше 6 миллиардов рублей, негоже считать чужие деньги, но даже при 35% отчислений РАО оставило себе «кругленькую» сумму. Вы представляете себе ресурс, которым распоряжаются эти люди? Надо отдать должное новому руководству РАО, они оптимизировали процесс сбора авторского вознаграждения, по примеру ВОИС, введя агентскую систему. Агенты не получают заработной платы, они получают процент от выигранных исков, заключенных договоров. Это такая «стая», которая рыскает по стране, находит кинотеатры, которые не платят, либо не доплачивают РАО, «бульдожьей хваткой впивается» в них и живет от этого. Мои коллеги неоднократно высылали мне переписку и просто устно рассказывали о том, как эти «агенты уговаривают» кинотеатры заключить договор с РАО. Вы знаете, иногда возникает просто стойкое ощущение, что методика «истребования долгов» родом из 90-х жива и востребована. Не думал, что это скажу, но «старая» команда РАО действовала тактичнее и интеллигентнее, что ли. Тем не менее, в эффективности им не откажешь.

Получается, кинотеатры и кормят эту стаю.

Да, мы сами кормим их, делаем их еще сильнее с каждым перечисленным рублем.

Что делать в такой ситуации?

Думаем пока.

Анализируем сложившуюся ситуацию.

Однозначно, принимать окончательное решение по конкретной ситуации в каждом конкретном случае, необходимо тщательно взвесив свои возможности, в том числе финансовые, риски, затраты на юридические услуги и т. д.

Подобные ситуации, когда кажется, что сопротивление бесполезно и «все пропало» происходят регулярно. Так было в 2010—2013 годах, когда суды общей юрисдикции практически без вариантов принимали решения в пользу РАО, а потом случился 2014 год, дело АЗСК, в котором СИП впервые применил норму 1256 и на этом основании отказал РАО в иске. Так что не единым делом ИП Козак формируется судебная практика! Более того, третий закон Ньютона никто не отменял. Чем больше сила действия, тем больше и сила противодействия. Спасибо РАО за то, что оно консолидирует нашу отрасль! В то же время, очень жаль, что руководство РАО упорствует в нежелании идти навстречу нашим законным предложениям об изменении порядка оплаты, разработки механизма, позволяющего учесть специфику закона об авторских правах США, уменьшении ставки. Будем добиваться этого всеми возможными способами, в том числе путем прямого диалога АВК и РАО. Очень надеемся на поддержку всей отрасли, включая дистрибьюторов.

В ТЕМУ

РАО ВЗЫСКАЛО БОЛЕЕ 17 МЛН РУБЛЕЙ ЧЕРЕЗ СУД

СЕРГЕЙ ПИРОЖКОВ И ЕВГЕНИЙ ДЕДКОВ О ДЕЛЕ ИП КОЗАК: «СУД ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМ ПРАВАМ ЗАХОТЕЛ ДОСКОНАЛЬНО РАЗОБРАТЬСЯ В ВОПРОСЕ»

РАО VS. ИП КОЗАК. НОВЫЕ СВЕДЕНИЯ ПО ДЕЛУ И КОММЕНТАРИЙ ЕВГЕНИЯ ДЕДКОВА

 

 

 

1 комментарий »

  1. Прохожий 9 августа 2018 в 14:26 - Ответить

    Есть ли такая возможность в судебном порядке у РАО затребовать ответа по деятельности в судебной системе США?

КОММЕНТАРИИ »


× шесть = 30