РОМАН ПОЛАНСКИ О “ВЕНЕРЕ В МЕХАХ”, ЖИЗНИ И ПЕНСИИ

Вся жизнь Романа Полански служит наглядной иллюстрацией тезиса о том, что художник должен быть страдальцем. Вопреки всему, а может и благодаря, в свои 80 лет Полански продолжает снимать и совсем не собирается на покой.

Роман Полански вспоминает историю о том, как встретил свою жену, актрису Эммануэль Сенье, с которой он в браке уже 25 лет и имеет двоих детей. На дворе шел 1985-й, Полански готовился к съемкам ПИРАТОВ, высокобюджетной авантюрной комедии, которая до сих пор считается самым громким творческим и коммерческим провалом в фильмографии режиссера. Кастинг-директор Доминик Беснеар попросил его посмотреть на молодую французскую модель, которая недавно снялась у Годара и заявила, что более не заинтересована в актерской карьере. Полански ответил: “Приводи!”, а все остальное уже история.

«Забавно, что я познакомился со своей будущей женой благодаря кастинг-директору, причем она даже не сыграла в том фильме, потому что для нее не было роли”, — усмехается Полански. Спустя три десятка лет он отблагодарил ее сполна главной ролью в ВЕНЕРЕ В МЕХАХ.

Кроме Парижа, чету Полански можно застать в живописном шале в швейцарском горнолыжном городке Гстаад, высоко в Альпах. Роман Полански впервые приехал сюда в 1969 году, после убийства второй жены, Шэрон Тейт, и с тех пор более-менее регулярно прописался среди этих пасторальных пейзажей. Он все еще активно катается на лыжах, отсюда и удивительная для человека, разменявшего восьмой десяток, поджарость. На 80-летие режиссер устроил вполне шумную вечеринку, а старый приятель Бретт Ратнер даже подготовил в местном кинотеатре архивный показ любимого Полански ГРАЖДАНИНА КЕЙНА.

Сейчас в доме тихо, и лишь 15-летний сын Романа Элвис шурует по коридору вместе с другом и заходит на кухню, чтобы приготовить всем небольшой ланч из свежих колбас и сыров, заказанных на рынке неподалеку. 21-летняя дочь режиссера Моргана сейчас учится в Лондонской центральной школе ораторского искусства и драмы.

Именно в подобной умиротворенной обстановке, еще без семьи, Полански написал выпущенную в 1984-м году автобиографию “Роман”, в которой поделился следующим: “Сомневаюсь, что я смогу вновь постоянно жить с женщиной, какой бы светлой, веселой, близкой мне по духу она не была. Все мои попытки до сих пор проваливаются, во многом из-за того, что рано или поздно я каждую начинаю сравнивать с Шерон».

Но Сенье полностью изменила жизнь вдовца, как и он полностью изменил ее карьеру. Полански снял жену в роли femme fatale («роковой женщины»), помогающей Харрисону Форду в НЕУКРОТИМОМ, а затем в роли половинки садомазохистского дуэта в ГОРЬКОЙ ЛУНЕ.

В ВЕНЕРЕ В МЕХАХ Сенье играет музу и соблазнительницу в одном лице, пленяющую воображение режиссера (в исполнении Матье Амальрика), который видит в ней главную героиню мюзикла по культовому произведению Захера-Мазоха.

Это дьявольски умная история о мужчине и женщине, основанная на пьесе Дэвида Айвза 2010 года. “Я просто подумал, что это ужасающе мощный текст”, — рассказывает Полански: “Прежде всего, юмор. И, конечно, этот антимачистский дух, и множество аллюзий”. Впервые режиссер прочитал пьесу в 2012 году в номере отеля в Каннах, где на местном кинофестивале показывали реставрированную копию его ТЭСС 1979-го.

Полански сделал ВЕНЕРУ быстро: уже спустя год после первого прочтения пьесы он представил готовый фильм все в тех же Каннах. Картина получила восторженные отклики, в еще большей степени они касались персонально Сенье, которая снималась в ВЕНЕРЕ днем, а вечером играла в театре. Во Франции фильм вышел в кинотеатрах осенью, а Полански получил “Сезара” за режиссуру — еще один трофей в копилку к американскому “Оскару” и Золотой пальмовой ветви (оба приза — за ПИАНИСТА).

ВЕНЕРА В МЕХАХ во многом напоминает классические фильмы Полански — мужчина и женщина взаимодействуют в клаустрофобически замкнутом пространстве, вовлекаясь в психологическую и сексуальную игру. С этого все и начиналось — режиссер дебютировал c закрученного психо-треугольника НОЖ В ВОДЕ, затем снял квартирный триллер ОТВРАЩЕНИЕ и комедийный триллер с характерным названием ТУПИК. В течение последующих 50 лет он так или иначе постоянно воспроизводил тревожную атмосфру замкнутых пространств (РЕБЕНОК РОЗМАРИ, ЖИЛЕЦ, РЕЗНЯ). Действие почти не выходит за рамки особняков в СМЕРТИ И ДЕВУШКЕ, ПРИЗРАКЕ (монтажом которого Полански занимался в камере швейцарской тюрьмы) и даже ПИАНИСТЕ.

Критики и журналисты не могут противостоять желанию связать вечный лейтмотив автора с его собственной биографией —  детством в еврейском гетто на территории оккупированного нацистами Кракова, убийством Тейт, статусом изгоя и обвинениями в изнасиловании несовершеннолетней в 1977-м. Тогда Полански был признан американским судом виновным в незаконном сексе с 13-летней Самантой Гемье. Под угрозой дальнейшего тюремного заключения Полански покинул США и с тех пор ни разу туда не возвращался. Позже режиссер принесет свои извинения Гемье по электронной почте и публично, в биографической документалке.

Покуда множество людей до сих пор заняты ревизией прошлого Полански, сам режиссер смотрит только в будущее: “Восемьдесят — это число, ничего больше, лишь этап эволюции от колыбели к могиле”. В данный момент Роман Полански активно работает над своим следующим проектом Д, на котором он вновь сойдется со сценаристом Робертом Харрисом, адаптировавшим рассказ самого Полански для фильма ПРИЗРАК. Д — это Дрейфус, молодой французский офицер артиллерии, ложно обвиненный в измене в 1894году и приговоренный к пожизненному заключению. Полански и Харрис написали сценарий к Д еще до ВЕНЕРЫ В МЕХАХ. Режиссер считает это печально известное дело до сих пор вполне актуальным: “Вы можете легко провести параллели с государственными организациями — в данном случае, армией, и медиа, газетами или журналами». Уж Полански об этом знает не по наслышке.

Полански признает некоторую одержимость тесными локациями в своем творчестве: “Я всегда любил картины, действие которых происходит в эдаком коконе, а не на полях. В юности я предпочитал ГАМЛЕТА Оливье, оказавшего на меня огромное влияние, АТАКЕ ЛЁГКОЙ КАВАЛЕРИИ. Я люблю чувствовать стены”.

С долей удачи и хорошим финансированием он надеется закончить Д уже к концу этого года.

Любопытно представить, как бы сложилась карьера Полански-режиссера, если бы он  не был вынужден бежать из Голливуда. Он покинул Америку в 1978, только выпустив на экраны КИТАЙСКИЙ КВАРТАЛ — иконический нуар с Джеком Никлсоном, породивший целую армию эпигонов. Но как раз в это время магия Нового Голливуда, совмещавшего авторское кино с коммерческим, начинала рассеиваться, освобождая площадку для клишированных блокбастеров 80-х.

Как говорит сам Полански, сегодня на такой фильм вряд ли бы дали соответствующий бюджет в Голливуде. Даже ТЭСС, первую ленту, снятую режиссером после возвращения в Европу, Columbia взяла на дистрибуцию лишь после того, как фильм был тепло встречен критиками и поддержан крепким бокс-офисом в Старом Свете.

Преуспел бы он в таких условиях? “Сложно ответить на этот вопрос”, — впадает в задумчивость Полански, накручивая спагетти на вилку: “Возможно работать было бы легче, если бы я остался, потому что большинство моих фильмов финансировались студиями, но это на длинной дистанции. То, что я делаю сейчас, сложнее, но, может, это подтверждает концепт о том, что художник должен страдать, чтобы делать что-то интересное.

Что по поводу пенсии?

“Я никогда не мог себе представить, как можно выйти на пенсию. Что ты потом будешь делать — копаться в саду? Нет-нет, я счастлив за работой. Лучшие моменты моей жизни происходят именно когда я работаю. Это было моей страстью в молодости, остается ею и сейчас. Работа приносит удовлетворение, именно сам процесс достижения результата.  Наверное, так же себя чувствует столяр, когда вытачивает красивый стул и видит результат своего труда».

Источник: Variety. Автор Скотт Фаундас. Изложение в переводе  Георгия Ванунца