Боевикам и хоррорам, не содержащим «культ насилия и жестокости», будут выдаваться прокатные удостоверения с возрастным ограничением «18+».
Еще один сюрприз от вступившего позавчера в силу закона о запрете ненормативной лексики — теперь Министерство культуры сможет отказывать в прокатном удостоверении картинам, «содержащим культ насилия и жестокости». Это оговорено в ст.5.1 нового Федерального закона:
Прокатное удостоверение на фильм не выдается в случае, если фильм содержит материалы, нарушающие законодательство Российской Федерации о противодействии терроризму и экстремистской деятельности, содержит сведения о способах, методах разработки и изготовления наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров, материалы, пропагандирующие порнографию, культ насилия и жестокости…
В спорных случаях представители Министерства будут обращаться за помощью к культурологам и психологам. При этом критерии выглядят очень размытыми: будут ли «закрывать» фильмы с обилием насилия как такового, или под пропагандой в данном случае следует понимать прямые призывы из уст положительных персонажей (отрицательные же, как правило, редко отказывают себе в таком удовольствии)?
Директор департамента кинематографии Минкультуры Вячеслав Тельнов поспешил заверить журналистов, что под запретом окажутся только фильмы с «прямой пропагандой» насилия:
Речь идет о прямой пропаганде — когда фильм фактически говорит: делай так, это хорошо, это правильно.
Главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей видит задачу экспертов практически невыполнимой:
Определить степень жестокости невероятно сложно в смысловом плане, а также в профессиональном, концептуальном и нравственном. Вспомните, как в фильме Эйзенштейна БРОНЕНОСЕЦ ПОТЁМКИН с Потемкинской лестницы катится коляска — это беспрецедентный и очень жесткий рассказ о насилии. В то же время в российских сериалах ежевечерне убивают несметное количество людей, и горы трупов не вызывают абсолютно никаких эмоций. Где грань?
Существующая формулировка по традиции дает широкий простор для запретительных решений. Очевидно, что постмодернистский подход к кино предполагает ироничное, «свободное» отношение к насилию в кино — разлетевшиеся по заднему стеклу автомобиля мозги или драка с молотком уже давно являются элементами эстетики, а не глубоких чувственных переживаний. Имеет ли смысл запретить Квентина Тарантино или Пак Чхан Ука? Или в прокате будет отказано только менее известным «пропагандистам насилия»?
Совершенно неопределенными оказываются перспективы жанрового кино, в первую очередь — фильмов ужасов. В России хорроры являются одним из любимых жанров массовой аудитории — достаточно просто посмотреть прокатную статистику. В этих картинах жестокость, страх и боль играют важную составляющую, чтобы эмоционально воздействовать на аудиторию — что с этим сделают чиновники Министерства культуры? Можно положиться на их совесть и здравомыслие, но отчего-то кажется, что формулировка станет лишь очередным инструментом контроля над киноиндустрией.
Источник: Известия
В ТЕМУ
Хорошо, что «Пила» уже вся вышла.
Интересно, долго ли еще придется терпеть всех этих мединских-железняков-мизулиных и прочих сбежавших от докторов, мерящих всех по себе и с маниакальным устремлением ЗАПРЕЩАТЬ-ЗАПРЕЩАТЬ-ЗАПРЕЩАТЬ?
я один не понимаю для чего это затягивание гаек?
Возможно, один. It’s Back in USSR, как не грустно об этом говорить.
это-то понятно. но, продолжая мысль, ЗАЧЕМ?
Алексей, это уже вопросы не кино, а политики и гражданского общества