«Экономическая цензура» и разрыв господдержки: режиссеры о проблемах российского кино

  • Автор записи:
  • Запись опубликована:

Российский кинематограф оказался перед выбором между коммерчески безопасными сюжетами и авторским кино, считают режиссер Алексей Герман-младший и продюсер Сергей Члиянц. По их словам, нынешняя система финансирования подталкивает продюсеров к повторению уже успешных формул, тогда как проекты среднего бюджета оказываются в наиболее уязвимом положении.

Дискуссия об этом разгорелась после заявления режиссера Павла Лунгина об «экономической цензуре». По его словам, в советское время существовала возможность вести с системой диалог и отстаивать свою позицию, тогда как сегодня экономические ограничения зачастую не оставляют пространства для такого спора.

Герман-младший согласился с Лунгиным, подчеркнув, что современная проблема связана прежде всего с ориентацией кино на гарантированный коммерческий результат.

«В Советском Союзе была цензура, которая привела к запрету некоторых прекрасных фильмов, которые очень любят зрители. Цензура затрагивала фильмы режиссеров Георгия Данелии и Эльдара Рязанова. Она привела к тому, что советское кино оказалось выхолощенным и уступило Голливуду. Лунгин говорит сегодня о другой форме — все снимается ради денег. К сожалению, в нашем кино мы пропагандируем бандитов и дебилов, потому что на этом легче собрать деньги, а это огромная ошибка», — отметил режиссер.

По мнению Германа-младшего, российской индустрии необходимо определиться, какое кино она хочет производить и для какой аудитории.

«Нам надо понять, что мы хотим сегодня. Если только национально-ориентированное кино, где напомаженные сказочные персонажи плохо играют, то это одно. А если хотим снимать что-то талантливое, интересное, инновационное, ориентированное на людей, то это другое».

Режиссер считает, что сегодня у продюсеров преобладает первый подход, что, по его оценке, отражается и на международной востребованности российского кино.

«Пока у нас превалирует первый подход у продюсеров, поэтому сборы русского кино в мире достигли смехотворных величин. Это путь в никуда, потому что искусство создают талантливые и сложные люди, они — неудобные».

Герман-младший также выступил против бесконечного повторения уже существующих формул.

«Пока мы не поймем, что режиссеры должны работать ради результата, искреннего рассказа, а не заниматься бесконечным копированием уже скопированного и не строить архаичную пародию на Голливуд, у нас ничего не будет. Весь мир смотрит нового “Человека-паука”, фильмы Кристофера Нолана, и никто не смотрит наши сказки. Пора задуматься», — указал он.

«Разрыв» в господдержке

Продюсер Сергей Члиянц видит проблему не столько в осознанной цензуре, сколько в самой структуре государственного финансирования. По его словам, российский кинематограф оказался разделен между дорогостоящими блокбастерами и малобюджетными дебютными и экспериментальными проектами. Между этими полюсами остается пространство, в котором авторскому режиссеру трудно найти финансирование.

«Многолетние преобразования в области производства и проката фильмов в России привели к тому, что фильмы стали очень дороги, а рынок не вырос. Поэтому производство фильмов сегодня возможно, за редким исключением, с помощью государственной поддержки».

При этом, считает Члиянц, государство фактически финансирует проекты на противоположных полюсах рынка.

«С одной стороны фильмы за миллиард, большие блокбастеры, фильмы государственного значения, а с другой — маргинальное, дебютное, экспериментальное кино, фильмы за 50 миллионов. В этой ситуации нормальному режиссеру очень сложно найти себя, потому что снимать “Колобок” он не хочет, а снимать фильм за 50 миллионов он не может».

По словам продюсера, такая система фактически выводит из кинопроизводства значительную часть опытных режиссеров.

«В итоге Павел Семенович (Лунгин — прим. НСН) и многие мои коллеги, друзья, режиссеры в этом смысле потерянные для кинопроизводства люди. Я не думаю, что это осознанная цензура. Так сложилось в результате неумелых действий», — подчеркнул Члиянц.

Отдельно продюсер обратил внимание на изменение стоимости производства фильмов. В качестве примера он привел собственный опыт работы над картиной «Мама, не горюй», снятой за $207 тыс.

«Я когда-то снял фильм “Мама, не горюй” за 207 тысяч долларов. Это было мучительно трудно. Мы этот фильм делали путем огромного напряжения собственных сил, друзей и товарищей. Сегодня 200 тысяч долларов — это 18 миллионов рублей. “Бумер” стоил уже в два раза больше, но там тоже все работали бесплатно — и режиссер-бедняга, и артисты».

Члиянц считает, что нынешняя модель финансирования ставит независимых кинематографистов в заведомо невыгодное положение.

«Почему нас нужно обрекать на это нищенское существование, мучения и бесконечное попрошайничество? А какие-нибудь псевдопатриотические фильмы получают из Фонда кино сотни миллионов рублей, да еще и без конкурса. Это вопрос для антимонопольного комитета, потому что все участники рынка должны быть равны в правах, тем более перед государственными инвестициями. Почему кто-то равнее? Чем он лучше?» — недоумевает продюсер.

При этом Члиянц подчеркивает, что 50 млн рублей сами по себе не являются маленьким бюджетом. Однако возможности режиссера резко сокращаются, если сценарий требует сложных декораций, исторического периода или масштабного визуального решения.

«50 миллионов — деньги не маленькие, на эту сумму можно снять картину, если это по сценарию лес, дача, квартира и современная история. Но стоит вам вступить на территорию времени, малейшее ретро очень сильно повышает бюджет».

По его словам, проблема заключается и в несоответствии между затратами на производство авторского кино и потенциальной выручкой от проката.

«При этом на авторском кино рынок эти 50 миллионов не отдает. Самые успешные авторские картины в этом году не превысили планку сборов в 60 миллионов рублей. Соответственно, владелец прав на эти фильмы получил в самом лучшем случае 26 миллионов на руки, а то и 23, я не удивлюсь, если 20. Итого из 60 миллионов остается треть, ни одна интернет-платформа не покроет дефицит бюджета, а телевидение платит сущие копейки».

В результате, считает продюсер, появляются проекты с бюджетами в несколько миллионов рублей, но их производственные ограничения неизбежно отражаются на сценариях и визуальном языке.

«На этом фоне появляются так называемые новые режиссеры и картины, снятые за 2, 8 или 12 миллионов. Это мучительно и означает, что нужно довольствоваться сценариями, которые предполагают несколько артистов, несколько декораций, и больше ничего», — заключил Члиянц.

«Запретить все» — не решение

Дискуссия об экономических ограничениях в кино развивается на фоне более широкой дискуссии о цензуре и запретах в российской культуре. Ранее зампред комитета Госдумы по культуре Елена Драпеко выступила против чрезмерных ограничений в этой сфере.

По ее словам, искусство должно не только соответствовать определенным требованиям, но и давать зрителю возможность переживать сложные эмоции и осмысливать жизненные ситуации.

«Я поддерживаю Михаила Ефимовича по всем параметрам, он мудрый человек. Все эти запретители забывают главное правило искусства, а оно во многом строится на катарсисе, очищении через сопереживание. Это придумали не мы, а еще древние греки в своих трагедиях. Мы должны тренировать чувства детей, показывать им жизнь, учить преодолевать сложности, учить тому, как устроена жизнь. Нельзя защищать их от всего на свете», — сказала Драпеко.

Она также призвала не подменять профессиональную экспертизу многочисленными запретами.

«Это вопрос меры и вкуса, и того, какие чувства это вызывает: отвращение или восхищение. Все искусство — эмоции, там ничего не взвесишь и не отмеришь, только экспертным путем можно».

Драпеко отметила, что в России существуют экспертные советы, в том числе по детскому и юношескому кино, и именно профессиональная оценка, по ее мнению, должна играть ключевую роль.

«У нас есть экспертный совет по детскому и юношескому кино. Там сидят вполне вменяемые грамотные люди — деятели культуры, священники и педагоги оценивают, как воздействует то или иное произведение на детские души».

По словам депутата, призывы к тотальным запретам нередко исходят от людей, не имеющих профессионального отношения к культуре.

«Обычно эта самодеятельность требует все запретить и надеть трусы на Венеру Милосскую. Как правило, так поступают непрофессионалы», — отметила Драпеко.

Добавить комментарий